23:28 

Последняя история о Лу Гару

fitzalbemarle penn
Доктор Пенн поднял голову от своего рисунка и улыбнулся. Он не видел перед собой монстра. Вошедший походил на человека, и, будь он человеком, его внешность назвали бы благородной, а гладкость его лица говорил бы о юности. Со времен прошлой встречи доктор помнил его имя — Доор — и то, с каким вниманием к его мнению относились соплеменники. Юноша обещал стать богатырем, когда возмужает. Осанка, развитый верхний плечевой пояс и видимая мускулатура говорили о любви к гимнастическим упражнениям, не об изнуряющем труде. Длинные руки, ноги, пальцы, коротко обрезанные кудри, блестящие выпуклые глаза, приплюснутый нос, выступающие вперед челюсти роднили его с уроженцами Африки, острые скулы и складка над веком — с жителями Азии, полупрозрачная кожа — с людьми белого христианского мира. Однако уподоблять его человеку было ошибкой.
- Доброй ночи, Лу Гару, - сказал Пенн.
- Доброй ночи, негодяй, посоветовавший нам воспользоваться транспортом на ветряном ходу. – Доор засмеялся (это было похоже на утробное урчание) и погрозил пальцем. – Ты пытался нас убить? Никогда не приходилось перемещаться в пространстве менее удобным способом.
Пенн поднял брови.
- Не советовал ничего, чем бы не пользовался сам.
- Бедняга! Худшего наказания не придумать. - Доор растянул губы, показывая, что обвиняет не всерьез. - Отвратительные доски. Грязь, вонь как в зверинце. Как можно быть мыслящим существом и жить в таких условиях? Были и хорошие стороны: мы наелись до отвала, но скоро началось такое, что лучше бы голодали. Это случилось, когда мы спали. Мы проснулись от жара. Вокруг нас все разваливалось. Открылись дыры в стенах, в потолке, и отовсюду на нас лился свет. Мы разбегались и прятались. - Лу Гару вытянул руки, растопырил пальцы, разглядывая бледную полупрозрачную кожу и фиолетовые жилки. - Посмотри, тут были ожоги, до сих пор видно.
Доктор теребил карандаш и смотрел мимо, перед его глазами одна за другой проходили картины — все части драмы, разыгравшейся на «Перчаточнице». Ничего не подозревая, капитан велит бросить якорь в бухте острова, и по лунной дорожке к высокому, неприступному, обшитому встык борту плывут куски топляка и старых разбитых досок, как будто безобидный мусор. Но в тени корабля от плывунов отделяются полупрозрачные фигуры и лезут по якорным канатам, по выступам вверх, проникают в оставленные настежь ради душной ночи порты, и все затихает как сновидение. Ничего не подозревая, утром капитан велит сниматься с якоря. День проходит в будничных заботах, солнце садится, и, когда все заполняет чуть подслащенная светом месяца темнота, над палубой разносится полный удивления крик.
читать дальше


@темы: Золотая гора

URL
   

Разнообразные воспоминания Фитцальбемарля Пенна

главная